Мельница Петрова и Полякова в Челябинске

Мельница Петрова и Полякова в Челябинске

Одной из ведущих отраслей экономики дореволюционного Челябинска была мукомольная промышленность. В начале прошлого века журналист и краевед В. А. Весновский отмечал: «Промышленная жизнь Челябинска пока еще не получила большого развития. В данное время город переживает еще период первоначального накопления и торговый капитал, видимо, не настолько еще окреп и вырос, чтобы вступить в промышленную фазу своего развития. Тем не менее, зачатки промышленности уже имеются. Как в черте, так и за чертой города существует ряд промышленных заведений, производящих не на один миллион разных изделий. На первом месте следует поставить паровые мельницы: торг. дома бр. Кузнецовых, Петрова и Полякова, А. В. Кузнецова, арендуемую торг. домом Кондаков и Дуневич, городскую, арендуемую И. П. Кузнецовым, торг. дома бр. Степановых. На этих мельницах ежедневно перемалывается до 15 тыс. пудов или более 4½ миллионов пудов ежегодно» [3. С. 22–23].

Цитируя журналиста и депутата Государственной думы I созыва от Саратовской губернии И. В. Жилкина, посетившего Челябинск в начале 1909 г. и описавшего в одной из своих статей ситуацию, подобную той, что мы рассмотрим ниже, тот же Весновский писал: «Из собственной промышленности Челябинска самая крупная и яркая – мукомольное дело. Развивается оно чрезвычайно быстро. В 1901 г. было в пяти уездах, тяготеющих к Челябинску, 9–10 крупных мельниц; теперь – 34 паровых вальцево-крупчатных мельницы. Производство 85 тысяч в сутки. Мельницы сравнительно некрупные. Но купцов прямо эпидемия охватила. Чуть у кого заведется тысяч 60–70, начинает воздвигать мельницу. А нужно на нее самое меньшее тысяч 250. Залезают в долги, опутываются обязательствами, а потом крахают. В 1908 г. было пять или шесть крахов» [2; 3. С. 24].

История эта началась в первых числах 1906 г., когда по договору от 23 февраля мещанин города Шадринска Пермской губернии Николай Иванович Петров совместно с крестьянином села Среднее Якушкино Новомайнской волости Ставропольского уезда Самарской губернии Федором Исааковичем Поляковым образовали торговый дом «Н. И. Петров и Ф. И. Поляков» [1. Л. 28–28 об.]. 10 мая 1906 г. они подали заявление в Челябинскую городскую думу: «Желая устроить небольшую паровую вальцовую мельницу на окраине города Челябинска, имеем честь покорнейше просить Ваше Высокородие сделать зависящее распоряжение об отводе нам соответствующего участка земли в размере двух десятин близ склада винной монополии, рядом со складом «Лаптевы и Манаев» [Там же. Л. 1]. Район, выбранный для постройки мельницы, находился за пределами собственно селитебной зоны Челябинска, на городском выгоне, в основном здесь размещались лесные склады различных фирм [10. Л. 394 об.]. Как в 1909 г. писал В. А. Весновский, «между Восточным бульваром и линией Пермской железной дороги в настоящее время образовался целый лесной городок. Тут имеются конторы и склады лесных материалов: Хованова, Бормотова, Селезнева, Лаптева и Манаева, наслед. Воробьева и др. Все эти лесные склады вызваны к жизни усиленным строительством в городе и отсутствием здесь строевого леса» [3. С. 21–22]. Отметим, что сегодня это – нечетная сторона улицы III Интернационала, приблизительно на отрезке от ул. Карла Маркса до Тимирязева, т. е. практически самый центр города.

На заседании городской думы, состоявшемся 31 мая 1906 г., было предписано «сдать торговому дому «Н. И. Петров и Ф. И. Поляков» в аренду сроком на 24 года, без права дальнейшей аренды после истечения 24-летнего срока, участок городской выгонной земли на задах Казенного винного склада, в интервале на 20 сажен [длиной по улице] и в глубину до [полосы] отчуждения железной дороги, в количестве двух десятин…» [1. Л. 4]. В арендном договоре на землю торговому дому были выдвинуты строгие требования: спланировать улицу, идущую от арендуемого участка по направлению к казармам во всю его длину; возведение строений должно производиться согласно требованиям строительного устава; по окончании арендного срока все здания и сооружения, какие будут возведены на арендуемом участке, торговый дом обязывали снести в течение шести месяцев и «сдать участок в полной исправности, заровняв своими средствами все ямы и бугры» [Там же. Л. 6 об.].

Корпус мельницы, судя по всему, был возведен уже в 1906 г. – это подтверждает надпись «1906 г.», просматривавшаяся по центру верхней части главного фасада, однако установка и наладка оборудования, по-видимому, продолжалась и всю первую половину следующего года, поскольку еще в середине мая 1907 г. в городскую управу от торгового дома поступало заявление об установке на мельнице второго парового котла [Там же. Л. 14]. Главный корпус представлял собой кирпичное, прямоугольное в плане, пятиэтажное здание, покрытое двухскатной железной кровлей, с примыкавшим к нему с южной стороны одноэтажным помещением котельного и машинного отделений. Здание было разделено четырьмя капитальными стенами на четыре отделения, в двух из которых находились лестницы со ступенями «из серого камня на рельсах» и выходы на них (лестничные площадки), а два других делились на четыре этажа при помощи деревянных перекрытий. В первом, малом отделении мельницы, размещались самотаски, веялки, куколеотборники, в другом – большем по размеру – лари, самотаски, вальцы, сита и пр. Котельное и машинное отделения, в свою очередь, также делились на несколько помещений: в первом были установлены два котла, во втором – паровая машина с приводами, а третье занимали динамо-машина и двигатель [Там же. Л. 51]. Судя по документам, мельница практически полностью была оснащена оборудованием фирмы, достаточно известной по всей России – торгово-промышленным товариществом «Антон Эрлангер и К°».

По красной линии улицы, практически прямо перед самой мельницей, одним из представителей торгового дома – Н. И. Петровым – был выстроен деревянный одноэтажный дом, внешним видом больше напоминавший древнерусский терем, служивший одновременно в качестве жилого дома и конторы торгового дома. Изображений мельницы и этого дома сохранилось чрезвычайно мало, да и те, что дошли до нашего времени, были сделаны не фотографом-профессионалом, а проживавшим неподалеку от мельницы, на Восточном бульваре (ныне ул. Могильникова), акцизным чиновником К. Н. Теплоуховым. Фотодело было одним из увлечений Константина Николаевича, благодаря которому до нас дошло несколько датированных 1908 г. снимков, где хорошо видны как сама мельница, так и дом Н. И. Петрова [5. С. 146–147; 4. С. 246–247, 265].

Стоит отметить, что еще в конце декабря 1901 г. от мещанки А. С. Мельцер в собственность Н. И. Петрова перешла довольно обширная усадьба в одном из самых престижных районов города – на Уфимской улице (ныне ул. Кирова). В «Раскладочной ведомости» начала прошлого века сохранилось ее описание: «Дом полукаменный, крыт железом, обложен кирпичом, вверху и внизу по пять комнат; флигель деревянный в две комнаты, крыт тесом; амбар, два каретника, баня, три конюшни, крыты тесом; деревянный флигель, баня, холодные службы, четыре каменных брандмауэра и каменный магазин» [9. Л. 2 об.]. По состоянию на 1906 год Н. И. Петров, помимо прочего, занимался торговлей часами, золотыми и серебряными изделиями [13. С. 259, 261]. В 1908 году, когда владение Н. И. Петрова на Уфимской улице уже перешло в собственность Русского торгово-промышленного коммерческого банка, его описывали так: «Дом каменный 2-этажный о 15 комнатах, семь торговых магазинов с четырьмя каменными подвалами, каменный 2-этажный флигель в четыре комнаты, две деревянных конюшни, два коровника, каретник и навес, крыты железом» [10. Л. 3 об.].

Точную дату вступления в строй мельницы установить не удалось, но, очевидно, в 1907 г. она уже действовала. По сведениям справочных изданий дореволюционного периода, в год на мельнице перемалывалось порядка 200 тысяч пудов зерна на сумму около 130 тысяч рублей, трудилось же 25 рабочих [15. Отд. Д. № 1162; 12. С. 84]. Казалось бы, работать бы этой мельнице и дальше, но 18 октября 1908 г. появляется обращение торгового дома к Челябинской городской управе: «Торговый дом, обсудив настоящее положение своих торговых дел, пришел к следующему заключению: хотя актив торгового дома и превышает его пассив, но дальнейшее ведение наших дел не представляется возможным. Наша юная фирма начала свои операции при очень скромных средствах. Недостаток оборотных средств постоянно вынуждал торговый дом обращаться к содействию кредитных учреждений, и фирма наша существовала и работала только благодаря учету векселей» [1. Л. 22]. В скором времени Н. И. Петров и Ф. И. Поляков отдают все свои постройки, включая здание мельницы, в залог крестьянину К. Ф. Соловьеву и купцу И. Д. Авдееву, а им самим принадлежит лишь арендное право на землю [Там же. Л. 32]. Приблизительно в это же время была составлена подробнейшая опись всего имущества торгового дома, включая перечень технологического оборудования мельницы [Там же. Л. 57–58 об.].

Какое-то время мельница оставалась за Соловьевым и Авдеевым как за залогодержателями, однако в скором времени право на ½ части построек К. Ф. Соловьева приобрел с торгов В. В. Лоренсов, практически сразу переуступивший его челябинскому мещанину Ивану Михайловичу Борисову [Там же. Л. 110]. Уже в документах, датированных началом 1909 года, говорится, что Авдеев и Борисов приобрели мельничные строения с публичных торгов [Там же. Л. 39]. Причем приобрели они их уже не как мельницу, а как строительный материал, поскольку еще в январе 1909 г. было объявлено о продаже «на слом и снос паровой мукомольной мельницы, домов и построек торгового дома «Н. И. Петров и Ф. И. Поляков» [Там же. Л. 23]. Все мельничные машины и оборудование решением Троицкого окружного суда от 24 марта 1909 года были признаны собственностью товарищества «Антон Эрлангер и К°» [Там же. Л. 56].

1 мая 1910 г. все строения были застрахованы Авдеевым на случай пожара в «Первом Российском страховом от огня обществе» на сумму 26000 рублей [Там же. Л. 59, 60]. 22 мая 1910 г. состоялось собрание кредиторов обанкротившегося торгового дома, на котором Авдееву и Борисову было предложено уступить свои права на мельничные постройки, однако они согласились продать их за 25000 рублей [Там же. Л. 44]. Одновременно с этим Авдеев и Борисов предложили кредиторам уступить им право аренды на земельный участок, где расположена мельница, чтобы восстановить ее и пустить в действие, но к единому мнению тогда прийти так и не удалось. При осмотре мельничных построек в июле 1910 г. выяснилось, что «вся усадьба, постройки, механическое оборудование мельницы имеют вид запустелый, заброшенный; двор, двери построек заросли травой; крыши, водосточные трубы покрыты ржавчиной, местами трубы отломаны, крыши раскрываются, двери отпадают, на лестницах голубиный помет, на машинах, ситах масса мучной и обыкновенной пыли; воздух в зданиях спертый, сырой, затхлый и т. д.» [Там же. Л. 51 об.]. Тогда 11 сентября 1910 г. Авдеев и Борисов обратились в Челябинскую городскую думу с предложением «покупки городом у нас мельницы, ввиду того, что мы от бездействия ее терпим большие убытки» [Там же. Л. 64]. Комиссия, работавшая над вопросом о возможности приобретения этой мельницы в собственность города, выяснив, что «большая и лучшая часть механизмов» в ней принадлежит товариществу «Антон Эрлангер и К°», сочла такую сделку невыгодной [Там же. Л. 65]. В декабре 1911 г. Авдеев и Борисов вновь предложили городу приобрести у них мельницу, но уже за несколько меньшую сумму, чем прежде – за 22000 рублей [Там же. Л. 92]. На заседании земельной и торговой комиссии, состоявшемся 10 января 1912 г., было решено «покупку мельницы за 22000 рублей отклонить как невыгодную для города и считать возможным приобрести мельницу только за 10000 рублей» [Там же. Л. 94 об.].

В дальнейшую судьбу мельничных строений в январе 1912 г. вмешался гласный Челябинской городской думы П. Ф. Туркин: «Мне кажется, для всякого понятно и ясно, что арендные отношения города с Петровым об участке земли под мельницу с самого начала их создались и поставлены были неправильно и ненормально, если притом принять во внимание, что от этой мельницы проектировалась еще железнодорожная ветка к станции Челябинск для общего пользования с другими городскими арендаторами участков под лесные склады. Ни эта ветка, ни исправное поступление арендных денег в течение арендного срока решительно не были ничем гарантированы. Условия с Петровым, выраженные в домашнем условии, настолько были шатки и невыгодны как для самого его, арендатора, так и для города, что это сказалось на первых же порах сооружения мельницы, стоящей с другими строениями десятки тысяч рублей. Подумать надо, мыслима ли и допустима ли продажа с аукциона, за бесценок, на слом и снос, как строительный материал, такого громадного, в несколько этажей, каменного мельничного здания, со всем оборудованием, без всякого участия в том города, на земле которого эти строения возведены? Тогда как из этого местного полезного промышленного заведения могла создаться вполне правильная, прочная и выгодная как для промышленника, так и для городского общества, экономическая оброчная статья. Гораздо лучше было сдать участок земли в аренду на более продолжительный срок, но при условии прикрепления к нему навсегда этой мельницы с принадлежностями. Здания должны принадлежать городу с самого их возведения так же, как, например, была сдана городская земля на берегу реки Миасс под постройку деревянной мельницы, которая, по окончании срока аренды, на полном ходу, поступила в полное распоряжение города. Иначе всегда возможны, должны быть и будут конфликты, которые впредь трудно даже и предусмотреть, как это и случилось с мельницей Петрова: сам он разорился, скрылся, семью оставил на произвол, кредиторы от мельницы не получили ни копейки, затраченный капитал на мельницу остается непроизводительным и восторжествовала лишь одна спекулятивная предприимчивость. Вот почему в настоящее время, по моему мнению, необходимо в дальнейшей судьбе этой мельницы городу принять все предосторожности и раз и навсегда поступить с ней вполне определенно: либо приобрести ее в собственность города, либо участок земли под ней сдать в аренду новым владельцам мельницы, с обязательством, что мельница, по окончании срока аренды, на полном ходу, должна поступить в собственность города и со времени заключения договора она не может быть ни продана, ни заложена без ведома города и без прав на аренду земли, причем все строения, с принадлежностями их, должны страховаться от огня на имя города» [Там же. Л. 96–96 об.]. Прошло еще некоторое время, но в конечном итоге Авдеев и Борисов согласились продать мельницу за 10000 рублей.

24 июля 1912 г. городская дума единогласно определила: «принадлежащий Ивану Дмитриевичу Авдееву и Ивану Михайловичу Борисову каменный (кирпичный) корпус мельницы с мельничной железной трубой на каменном фундаменте, жилым домом и со всем надворным пристроем при мельнице, заплотами и проч. приобрести в собственность Челябинского городского общественного управления как движимое имущество (строительный материал) за десять тысяч (10000) рублей, причем все числящиеся за г. г. Авдеевым и Борисовым городские арендные недоимки за землю под мельничными постройками со счетов городской управы сложить. Уплату денег за мельницу и все постройки при ней в сумме десяти тысяч (10000) рублей произвести в 1913 году, внеся эту сумму в смету расходов города Челябинска на 1913 год» [Там же. Л. 124 об. – 125].

Фактически мельница поступила в распоряжение города 1 августа 1912 г. [Там же. Л. 144], а уже через несколько дней городская управа опубликовала в ряде газет объявление о ее сдаче в аренду или продаже. Так, в «Голосе Приуралья» было напечатано: «Челябинская городская управа сдает в аренду (может и продать) каменное 5-этажное здание под мукомольную мельницу, с деревянным домом и надворными постройками. Об условиях аренды мельницы или продажи ее в собственность справиться в городской управе» [6]. На объявление поступило заявление Афанасия Георгиевича Коротуна из г. Кобрина Гродненской губернии с просьбой сообщить ему условия аренды и продажи мельницы [1. Л. 116]. Арендная плата за земельный участок площадью 4800 квадратных сажен и постройки на нем была установлена управой в размере 4000 рублей в год, срок аренды – до 24-х лет. Как отдельно отмечалось, «особо от здания мельницы и построек при ней может быть сдан арендатору мельницы деревянный дом-особняк за особую плату» [Там же]. Продажная цена за мельницу вместе с этим домом-особняком была назначена в размере 90000 рублей, причем оговаривалось, что «здание мельницы никакого внутреннего мельничного оборудования не имеет» [Там же. Л. 140, 140 об.].

Объявление городской управы, очевидно, так и осталось невостребованным, поскольку в начале декабря 1912 г. рассматривалось предложение о переводе из Заречной части города в здание бывшей мельницы Петрова и Полякова ремесленной школы [7]. По всей видимости, этого не случилось, поскольку на «Плане уездного города Челябинска Оренбургской губернии» 1913 г. издания, она по-прежнему обозначена как «заброшенная паровая мельница» [8. Л. 3], да и ремесленная школа, судя по более поздним упоминаниям, своего местонахождения не изменила [14. С. 337]. По-видимому, в дореволюционный период мельница так и не обрела достойного хозяина и не была пущена в действие, поскольку в «Раскладочной ведомости» 1916 г. она все еще продолжает числиться как собственность городского общественного управления, но записана уже просто как «каменный корпус» [11. Л. 368 об. – 369].

По некоторым данным, вновь мельница заработала только в период НЭПа, когда в промышленности и торговле возник частный сектор. Тогда некоторые государственные предприятия оказались денационализированы, другие – сданы в аренду; стало возможным создание собственных промышленных предприятий частным лицам. В советские годы на площадке мельницы Петрова и Полякова разместился мукомольный завод, здание долгое время использовалось и продолжает использоваться по прямому назначению. К сожалению, сегодня от целого комплекса построек сохранился лишь надстроенный в советское время основной мельничный корпус, все надворные строения, в том числе и красивейший деревянный дом-особняк Н. И. Петрова, который мог бы послужить украшением города Челябинска, были разрушены.

Список источников и литературы:

1. Документы об отводе в аренду участка городской земли торговому дому «Н. И. Петров и Ф. И. Поляков» для устройства паровой мельницы, о продаже мельницы за 1906–1914 гг. // ОГАЧО. Ф. И-3. Оп. 5. Д. 23.

2. Жилкин, И. В. Челябинск // Голос Приуралья. 1909. 22 марта. С. 3.

3. Карманный справочник «Весь Челябинск» и его окрестности / сост. В. А. Весновский. Челябинск : Тип. Л. Б. Бреслиной, 1909. 138 с.

4. Константинъ Теплоуховъ. Удивительное жизнеописание акцизного чиновника и человека в его мемуарах, рассказах и фотографиях. 1897–1924 гг. / сост. Д. Г. Графов. Челябинск : Каменный пояс, 2015. 624 с.

5. Мгновения истории. Старый Челябинск в открытках и фотографиях первой половины ХХ века / сост. Д. Г. Графов. Челябинск : Каменный пояс : Автограф, 2013. 296 с.

6. Объявление // Голос Приуралья. 1912. 5 авг. С. 4.

7. Перевод ремесленной школы // Голос Приуралья. 1912. 8 дек. С. 3.

8. План уездного города Челябинска 1913 г. издания. Типовой проект элеватора емкостью 500 тыс. пудов зерна за 1913 г. // ОГАЧО. Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1143.

9. Раскладочная ведомость по налогу с недвижимых имуществ г. Челябинска на 1901 г. // ОГАЧО. Ф. И-3. Оп. 1. Д. 661.

10. Раскладочная ведомость по налогу с недвижимых имуществ г. Челябинска на 1908 г. // ОГАЧО. Ф. И-3. Оп. 1. Д. 929.

11. Раскладочная ведомость по налогу с недвижимых имуществ г. Челябинска на 1916 г. // ОГАЧО. Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1265.

12. Список фабрик и заводов Российской империи. СПб. : Тип. В. Ф. Киршбаума, 1912. 720 с.

13. Уральский торгово-промышленный адрес-календарь на 1906 год. Пермь : Изд. А. Л. Вершовой, 1906. 400 с.

14. Уральский торгово-промышленный адрес-календарь на 1914 год. Пермь : Изд. С. С. Вершова, 1914. 630 с.

15. Фабрично-заводские предприятия Российской империи / сост. Л. К. Езиоранский. СПб. : Изд. торг. д. «А. Срок и К°» : т-во «Справочник», 1909. 1443 с.

Возврат к списку